Из своих служанок.
На коврах персидских в грех
Он вводил турчанку,
Но не знал, что слаще всех
Сено и цыганка.
МАКАР
Видно страсти у цыган,
Как аллюр коня.
АТАМАН
Что ты, это ураган,
Это шквал огня.
Лилось терпкое вино
По моим устам.
Я тогда был молодой,
Озорной гусар.
Но цыганку полюбил,
Крепче лучшей стали.
Сколько было нежных сил,
Отдавал я Лале.
От любви сгорел дотла,
Провалился в бездну.
И она меня спасла,
Выходила нежно.
Так прошло немало лет.
Яркие годочки.
Принесла мне Лала свет —
Подарила дочку.
После этого она
Расцвела сильнее.
Стала нежной как весна,
Как огонь теплее.
МАКАР
Табачку я принесу,
И раскурим трубку.
Мне такую бы красу.
Я б с неё снял юбку.
АТАМАН
Больно молод ты, горяч.
Тут не в юбке дело.
Нелегко, поверь, запрячь
Было это тело.
Страстью всё кипело в ней,
Огненным вулканом.
Бушевал трехглавый змей,
Шумным ураганом.
Ревновал я, как зверьё,
К эполетам каждым.
В карты проиграл её,
Сдуру я однажды.
Проиграл всего на ночь,
Да и мог отречься.
Думал, что сама не прочь
Лала поразвлечься.
Испытать её решил,
Устоит ли Лала.
Думал — если согрешит,
Значит, чувства мало.
МАКАР
Ну и что она, что Лала,
Что она решила.
АТАМАН
Всё она мне доказала.
Руки наложила.
МАКАР
Что так просто на себя
Руки наложила?
АТАМАН
Видно подлости, любя,
Лала не простила.
Сколько раз я убивал,
Саблею булатной.
Да и Лалу понимал
Иногда превратно.
Был я храбрым молодцом.
Знал я смерти цену.
Видно проклят был Творцом,
За свою измену.
Подлость с честью обручить,
Жизни не под силу.
И не смог себе простить
Я кончину милой.
Кто любовь свою убьёт,
Сменит честь на злато,
Должен помнить — час придёт.
Страшный час расплаты.
Стал я много пить вина,
В карты продуваться.
Надирался, до пьяна.
И на дно спускаться.
Так я службу потерял,
А потом поместье.
Но дочурку не отдал,
Был все время вместе.
Дочку нашу я любил,
Чуточку лелеял.
Только раз, чуть не пропил,
Медальон на шее.
Был у Лалы медальон,
Сердце на цепочке.
Позолотой напылён.
Подарила дочке.
А когда его пропил,
Будто встрепенулся.
Боже, что я натворил.
Я совсем рехнулся.
Я старьёвщика просил,
Возвратить сердечко.
А потом его стащил,
Прихватив колечко.
И пошло легко с тех пор,
Бандитизм и кражи.
До разбоя я был скор,
И отважен даже.
Стала дочка подрастать,
Как на дрожжах тесто.
Стал я четко понимать —
В банде ей не место.
И тогда я в пансион
Девочку отправил.
Золоченый медальон
На груди оставил.
Я теперь о ней одной
Думаю, гадаю.
Ей я предан всей душой,
Встретиться мечтаю.
МАКАР
Что мешает к ней пойти?
И она ж скучает.
АТАМАН
О злодействах — о моих,
Девушка не знает.
Как сказать ей кто я есть?
Что я бандой правил.
Не ценил я в прошлом честь,
И на карту ставил.
МАКАР
Я и смолоду ту честь
Никогда не видел.
Только зависть, подлость, лесть —
Скольких я обидел.
Бог отрекся от меня.
Знать меня не знает.
Дьявол садит на коня,
На разбой толкает.
Честно Демону служу,
Граблю, убиваю.
И булатному ножу
Гимны составляю.
АТАМАН
Все по локоть мы в крови,
Нет назад дороги.
К нам страдают от любви
Тюрьмы и остроги.
МАКАР
Что же делать атаман?
Как порвать с разбоем?
АТАМАН
Расскажу тебе свой план,
Ничего не скрою.
Завтра в полдень дочь моя,
Из Москвы примчится.
С вами вынужден друзья
Поутру проститься.
Всю добычу разделю.
Мне средь Вас не место.
Домик маленький куплю,
Может быть, поместье.
На Урале, на Дону.
Или на Кубани.
Мне другое ни к чему.
С дочкой жить я стану.
И позор мой никогда
Дочка не узнает.
Счастье дочки навсегда,
Моим счастьем станет.
И пойду на небеса,
Что б не было стыдно.
МАКАР
Слышишь, чьи то голоса,
Это хлопцы видно.
АТАМАН
Слышу. Прохор и Матвей
МАКАР
Молодцы ребята
АТАМАН
Наливай им, не жалей.
ЯВЛЕНИЕ 3
(входят Прохор и Матвей)
ПРОХОР
Вот, держи деньжата.
Вот рубины, атаман,
Из ушей дворянки.
МАТВЕЙ
А вот этот талисман
С шеи снял турчанки.
Была славная она,
Плакала немножко.
Надругался, атаман,
Над девицей Прошка.
ПРОХОР
А как взял ее Матвей,
Вовсе зарыдала.
АТАМАН. (бледнея)
Где она, что стало с ней.
МАТВЕЙ
Сдуру деру дала
АТАМАН (тихо)
Слава богу
МАТВЕЙ
Прохор встал
Он не шит был лихом.
В два шага ее догнал.
ПРОХОР
То-то было крику.
Плеткой я её честил,
Бил кинжалом с силой.
Вмиг её приговорил,
Чтоб не голосила.
АТАМАН
Горе мне, о, боже мой,
Что Вы натворили?
МАТВЕЙ
Что мы сделали с тобой?
МАКАР
Дочь его убили.
АТАМАН
Видно кара на меня,
Божья опустилась.
Не боялся я огня,
Думал, все забылось.
Разве мог простить мне Бог,
Что предал я милых.
У его лежу я ног,
И прошу: — помилуй.
Двух любимых мне людей,
Это невозможно,
Погубил я как злодей,
